383

РЕЛИГИОЗНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ В УЗБЕКИСТАНЕ: МЕДИЙНЫЙ АСПЕКТ

Косимова Наргис Суннат кизи, к.ф.н., доцент

 факультета международной журналистики УзГУМЯ, Узбекистан

 Конец ХХ и начало ХХ1 вв. для Центрально-Азиатского региона стал сложным периодом, который бесспорно, связан с проблемой распространения различных форм экстремизма и терроризма, не обошедшей стороной и Узбекистан. Вопросы противодействия экстремизму в республике в последние годы не только не утратили своей актуальности, а, как показывает практика, вызывают все большую обеспокоенность общества, представляя одну из главных угроз национальной безопасности страны и ее суверенитету. По данным опроса, опубликованного узбекским Центром изучения общественного мнения «Ижтимоий фикр», большинство узбекистанцев считают терроризм и религиозный экстремизм наиболее серьезными угрозами безопасности в Центральной Азии. По результатам опроса, опубликованного 19 февраля 2018 г., экстремизм назвали самой серьёзной угрозой 70% респондентов. В исследовании учувствовали 1 100 жителей Узбекистана из всех регионов страны. Однако участники опроса выразили уверенность в том, что террористы никогда не смогут достичь своих целей в Республике; 31% опрошенных наиболее опасной угрозой для молодежи считает сайты с искаженной религиозной информацией, которую распространяют экстремисты. В то же время 78,5% опрошенных знают лишь отдельные требования ислама и считают свои знания в этом направлении недостаточными[1].

По мнению Директора центра научных исследований и инновационных проектов Международных проектов Международной исламской академии Республики Узбекистан Бахтиёр Бабаджанова, нельзя читать Коран несведущим в религиозных делах людям. Со сложными богословскими текстами должны работать разбирающиеся в религии люди. Это была веками отработанная процедура. Чтобы получить право говорить о священных текстах религиозный деятель должен был пройти несколько этапов обучения. Он был не просто подготовленный, а высокообразованный человек. Священные тексты нельзя отдавать неподготовленным[2]. Также, Бахтиёр Бабаджанов  провел контент-анализ не запрещенных исламских сайтов, на которые официальные власти возлагают роль

распространителей традиционного ислама. Считается, что разъяснительная работа на таких сайтах, беседы об исламе – возможность противостоять экстремистским течениям в исламе. По словам исламоведа, даже на этих сайтах можно свободно встретить сообщения экстремистской направленности или неверное толкование текстов Корана теми, кто ведет эти сайты. Делается это намеренно или по недомыслию – большой вопрос.

В настоящее время среди политологов, журналистов, пишущих на тему экстремизма и терроризма, идет спор: что является экстремизмом и в чем проявляются ее виды, такие как насильственный, религиозный, политический и т.д.?  Согласно Закону Республики Узбекистан «О противодействии экстремизму», экстремизм – выражение крайних форм действий, направленных на дестабилизацию общественно-политической обстановки, насильственное изменение конституционного строя Республики Узбекистан, насильственный захват власти и присвоение ее полномочий, возбуждение национальной, расовой, этнической или религиозной вражды[1]. Экстремизм в Узбекистане порождают различные факторы: снижение уровни доходов, экономический и социальный кризис ухудшающий условия жизни большинства населения, ослабление государственной власти и дискредитация ее институтов, недопонимание основных ценностей исламской религии, нарастание чувства ущемления национального достоинства – языка, культуры и т. д. Объективными причинами  роста экстремистских идей в Узбекистане является неосведомленность многих среднеазиатских мусульман о внутренней природе и гуманистических идеях исламской религии. Несмотря на то, что имеются существенные различия между традиционным исламом и религиозными экстремистскими идеями, последние обрели достаточно много сторонников среди населения. Очевидно, что деятельность нетрадиционных религиозных конфессий представляет серьезную угрозу национальной безопасности государств, а действий правоохранительных органов и силовых структур явно недостаточно для организации эффективной борьбы с религиозным экстремизмом.  Но несмотря на это, Узбекистан целеустремленно движется  вперед в борьбе с экстремизмом. Она стал первой центрально-азиатской республикой, которая решила использовать новые пути в борьбе с радикальными религиозными течениями[2]. С избранием на пост Президента Республики Узбекистан Шавката Мирзиёева в 2016 г.,  в стране усилилась борьба  против насильственного экстремизма.  В июне 2017 г.  Президент РУз на правительственном заседании рекомендовал пересмотреть «черные

списки» приверженцев радикальных религиозных учений и удалить оттуда тех, кто уже не представляет опасности для государства. Согласно правительственному отчету за сентябрь, в июле и августе из «черного списка» были удалены около 16 тысяч из около 17 тысяч осужденных или подозреваемых экстремистов. Черный список, накладывающий определенные ограничения для вышеуказанных лиц, был введен в 1999 г. Некоторым из бывших экстремистов выделяются кредиты для развития бизнеса, принимаются меры для решения их жизненных проблем. Работу получили 9 500 реабилитированных человек.[1].  В 2017 г. правительство Узбекистана создало специализированный антитеррористический центр при Главном управлении внутренних дел (ГУВД) города Ташкента для борьбы с распространением идей религиозного экстремизма и терроризма. Наряду с представителями правоохранительных органов в центр привлечены эксперты в области религии и востоковедения, психологи и социологи с опытом борьбы с терроризмом. Центр работает с людьми, состоящими на специальном учете в отделах по борьбе с терроризмом и бандитизмом районных управлений органов внутренних дел, а также с теми, кто отбыл наказание за участие в деятельности террористических организаций.  В том жу году  была принята государственная программа по реализации Стратегии действий по приоритетным направлениям развития страны на 2017-2021 гг. Программа состоит из 5 разделов, среди которых особое место занимает направление в сфере обеспечения безопасности, межнационального согласия и религиозной толерантности. Закон РУз о противодействии экстремизму был принят 28 июня 2018  г. Узбекистан стал активно сотрудничать с ОБСЕ, ООН. С 2015 г. была проведена серия семинаров и конференций по противодействию насильственному экстремизму. Но главным стало проведение международной конференции по Афганистану в 2017 году в Ташкенте[2]. Кроме того, правительство начало реализовывать комплекс мер по социальной реабилитации граждан, попавших под влияние экстремистских идей, и совершенствованию системы их возврата в здоровую среду. Так, в  июле 2019 г. из Сирии  в Узбекистан вернулись 150 женщин и детей, уехавших за мужьями или попавшие в сети террористов[3].

В настоящее время политологи разделяют экстремизм на религиозный и светский[1], с его различными региональными и международными формами. В то время как светский экстремизм имеет политические, экономические и идеологические последствия, религиозный экстремизм встречается только внутри религии (секты) и пронизан религиозными убеждениями. В этом смысле религиозный экстремизм – это внедрение принципов религии в повседневную жизнь  общества, принятие жестких мер и применение насилия. Основная цель религиозного экстремизма – организовать тех, кто склонен использовать религиозные убеждения, захватить власть, адаптировать свой образ жизни и общественный порядок к эпохе религии, создать политическую систему, основанную на религиозных требованиях.

Религиозный экстремизм имеет две особенности:

  1. Согласно представлениям экстремистов о вере, все современные мусульманские общины потеряли свою исламскую идентичность и стали «невежественными» возрастными обществами. Такой подход послужил бы для них основанием для критики правительства и его политики.
  2. Как будто если «настоящие» мусульмане придут к власти, то в обществе будет порядок. Особенности и характер религиозного экстремизма определить крайне сложно, и это связано с их широкомасштабной деятельностью. Но в любом случае, поскольку такие действия угрожают развитию общества и человечества в целом, их необходимо выявлять для борьбы с ними.

Религиозный экстремизм сегодня не является стихийным, существует ряд факторов, которые влияют на их формирование и развитие. Его можно разделить на две категории: внутренние и внешние.

Внутренние факторы 1. Утрата духовных корней людей в результате политики научного атеизма, господствовавшего при колониальных и тоталитарных режимах, и в некоторой степени незнание мест духовности и просвещения способствовали формированию фундаментализма в обществе. Общее непонимание Корана, Хадисов, Суфизма, Шариата и юриспруденции имело место во всех исламских странах бывшего Советского Союза. В этих условиях некоторые силы ближнего и дальнего зарубежья стремились получить политическую власть в своих корыстных целях под видом чистого ислама, создав партии и организации, такие как «Партия исламского возрождения» и «Хизбалла» (Партия Аллаха) для создания в будущем исламское государство  в форме Халифата.

  1. Поражение внутренних оппозиционных сил в этих странах (а иногда даже в арабских государствах) повлияло на возникновение религиозного фанатизма.
  2. Обращение к опыту некоторых западных стран, добившихся прогресса в процессе модернизации и приватизации в многонациональных и многоконфессиональных государствах, которые выбрали свои программы развития для демократической системы и рыночной экономики.
  3. Внутренние социально-экономические и демографические проблемы в странах с переходом к демократическому государству и гражданскому обществу на основе рыночной экономики – серьезное социальное расслоение, проявления несправедливости, коррупции и взяточничества.
  4. Огромная трансформация, которая происходит в мире или в каждом из отдельных государств, то есть старая идеология заменяется новой. В этих обстоятельствах экстремистские силы пытались объединить людей вокруг себя, используя религиозные верования и ценности, которые традиционно практиковались в определенном обществе.6.
  5. Строгое законодательство, ограничивающее важные права и свободы человека, которое препятствует свободной деятельности, усиливает деятельность граждан по обходу закона и в конечном итоге ведет к контрабанде. Затем субъект будет вовлечен в другие группы, занимающиеся другими формами контрабанды (наркотики, оружие и т. д.). Это является важным источником финансирования современного терроризма и экстремизма.
  6. Система административного (вертикального) управления – нестабильная государственность также способствует росту терроризма и религиозного экстремизма.
  7. Неадекватное преподавание религиозных знаний в религиозных учреждениях и учебных заведениях.
  8. Угроза международного терроризма, политики, экономики и безопасности также связана с этноконфессиональными конфликтами, возникшими в результате быстрого развития глобализации. Сегодня конфликтные зоны (неразрешенный Ближний Восток и Балканы, пограничные проблемы: Индия-Пакистан, Израиль-Палестина и т. д.) являются активными регионами международного терроризма и религиозного экстремизма.

Внешние факторы. 1. Прежде всего, распад бывшего Советского Союза привел к консолидации отдельных террористов и объединению сил, стремящихся установить религиозный халифат.

  1. Эта проблема также объясняется тем фактом, что до сих пор нет общего определения понятия «международный терроризм». Иногда бывают случаи, когда некоторые страны интерпретируют террористические акты как «освободительные движения» и используют их в своих геополитических целях для оказания политического давления на конкретное государство.
  2. Есть случаи, когда международный терроризм называют политикой «двойных стандартов», которая позволяет террористам достигать своих собственных эгоистичных целей.
  3. Духовные бедствия в западных странах и возмутительное отношение к восточным ценностям, особенно к исламу, являются оправданием для экстремистских сил. Например, карикатура на пророка Мухаммеда, игнорирующая религиозные ценности людей в антитеррористическом движении.
  4. Европейская оккупация Азии и Африки, утверждение западных обычаев в регионе, лояльность местного населения к появлению экстремистских сил. Если поначалу они изо всех сил пытались сохранить свою независимость, не подвергаться влиянию Запада и возродить древние исламские идеи, то теперь с легкостью принимают ценности массовой культуры.

Помимо вышесказанного, факторы, влияющие на развитие международного терроризма, также можно классифицировать следующим образом: экономические, политические, социальные и идеологические.

Экономические факторы могут быть как внутренними, так и внешними. Они обеспечивают необходимые материальные и финансовые, военные и технические ресурсы для деятельности религиозного экстремизма и международного терроризма.

 Под влиянием политических факторов (как внутренних, так и внешних) экстремисты добиваются определенного прогресса в своей деятельности. В свою очередь, появление «двойных стандартов» подходов к достижению геополитических целей оказывает большое влияние на возникновение международного терроризма и религиозного экстремизма.

Социальные факторы. Это более присуще и проявляется в отношении уровня жизни людей. Обострение ряда проблем в сфере образования, обслуживания, труда, досуга (безработица, бедность, несправедливость, коррупция) и неспособность их своевременное решение повышает неудовольствие населения.

Идеологические факторы. Активизация  деятельности  экстремистов также связана с плохим пониманием религиозных и светских доктрин.  Выявление этих особенностей поможет определить ключевые области в борьбе с ними и разработать соответствующие меры.

Программы нескольких религиозных экстремистских и террористических организаций, которые прямо или косвенно угрожают безопасности и стабильности Республики Узбекистан, показывают, что общие цели этих организаций состоят в том, чтобы свергнуть установленную независимую демократическую государственную систему и заменить другую государственность их идеологией, чуждой и опасной для общества. Для этого они используют следующие общие инструменты:

– оказание давления на правительство с помощью насилия, терроризирования общественности и демонстрации своей власти;

– осуществление подрывной деятельности и свержения власти  страны различными способами: путем диверсификации, деградации промышленных и сельскохозяйственных ресурсов;

–  дискредитирование правительства и его граждан, религиозной политики правительства, распространение ложных, предвзятых высказываний через СМИ и социальные сети;

–  создание нестабильной ситуации в стране и использование ее в своих целях, разжигание межрелигиозных и межэтнических конфликтов, демонстрирование физического уничтожения некоторых из них;

–  постепенное «внедрение» в сознание граждан экстремистских идей и целей путем искажения моральных ценностей, сложившихся в обществе. Следовательно, сделать готовое общественное сознание легкодоступным в нужное время для достижения своих целей (религиозный экстремизм, терроризм, «цветная революция») и так далее[1].

Экстремистские идеи  благодаря  новым технологиям  легко достигают свой аудитории. Массовая аудитория воспринимает и понимает события, происходящие в мире, через средства массовой информации, которые умело используется различными экстремистскими и террористическими организациями. Освещая в СМИ экстремистские движения, журналисты  должны быть очень осторожными, так как  акцент на их деятельность возможно будет истолкован аудиторией в искаженном виде. Освещение в СМИ  экстремистский движений средства массовой информации могут выполнять следующие функции:

  • функция антенны – передача данных;
  • функция усиления – дальнейшее усугубление трагедии террористического акта;
  • фокусная функция – привлечь внимание аудитории к теракту;
  • функция фильтрации – вывод на передний план всей информации о террористической акции со всей выбранной информацией;
  • функция эха – сохранение теракта в общественной памяти и его повторное упоминание в подобных событиях[1].

Большинство экспертов считают, что журналисты являются основными виновниками радикализации общества, неправильно освещая вопросы экстремизма и терроризма. Действительно ли это так? Научный сотрудник Института Гарримана Эд Лемон в своём выступлении говорил об искажённом образе Центральной Азии в глазах мирового сообщества[2]. После теракта в Нью-Йорке многие СМИ вновь обвинили Центральную Азию и, в частности, Узбекистан в том, что он стал «рассадником экстремизма» и «экспортёром терроризма». Но так ли это на самом деле? Действительно ли Центральная Азия становится центром терроризма? По словам исследователя, при более близком рассмотрении выясняется, что этот регион, напротив, невосприимчив к насилию, которое можно наблюдать в других частях исламского мира. И статистика подтверждает этот вывод. Согласно Глобальной базе данных терроризма (Global Terrorizm Database), с 1976 по 2016 гг. в мире было зафиксировано 170 тысяч террористических атак. На Центральную Азию (не считая Афганистан) за этот период пришлось 269 терактов, причем половина из них была совершена в период гражданской войны в Таджикистане. То есть, при населении в 1 процент от населения земного шара, в Центральной Азии произошло всего 0,001% всех терактов мира. С 2011 г. по обвинению в «экстремизме» в США было арестовано 7 этнических узбеков, что составляет всего 0,0001% от всех узбеков, проживающих в США. Наконец, предположительно от 3 тысяч до 5 тысяч выходцев из Центральной Азии отправились воевать в Сирию и Ирак – это только один из 12 тысяч или 0,0001% населения региона. Таким образом, Центральную Азию трудно назвать «прибежищем террористов», как некоторые ее изображают.

Анализ СМИ, освещающих деятельность экстремистских движений показал, что часто радикализация людей происходит из-за непродуманной правительственной политики[3]. Таким образом, журналисты несут моральную ответственность за предоставление подробного и всестороннего освещения этой темы.

Основная задача журналистов при освещении террористического акта заключается в предоставлении беспристрастной и объективной информации своей аудитории. Это потому, что большинство журналистов сегодня оперируют

стереотипными представлениями относительно насильственного и религиозного экстремизма.

Анализ ведущих мировых СМИ и интернет-сайтов показывает, что радикализм, терроризм и экстремизм часто связаны с исламом. Журналисты предоставляют читателям материалы, которые далеко не беспристрастны и были неверно истолкованы из-за недостатка знаний об исламе. Итак, что могут сделать журналисты, чтобы избежать абсолютно негативного взгляда на ислам? Например, британская газета The Guardian опубликовала аналитический отчет, который выступил против запрета президента США Дональда Трампа на въезд мусульман в страну в 2018-2021 гг.[1] Взгляды и мнения обеих сторон каждого случая обеспечивают беспристрастность и помогают ослабить стереотипы. Неправильно используется  термин «исламский терроризм» при освещении терроризма. Это связано с тем, что терроризм не связан с исламом, а исламские ценности не основаны на разрушительном акте.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Закон Республики Узбекистан «О противодействии экстремизму». http://lex.uz/docs/3841957
  2. Закон Республики Узбекистан «О медиации» http://www.lex.uz/docs/3805229
  3. Косимова Н. Зиддиятли вазиятларда журналистика. Ўқув қўлланма.-Т.,2019
  4. Султонов А. Халқаро терроризм ва диний экстремизм, қарши курашнинг асосий йўналишлари».xalqaro_terrorizm_va_dinij_ekstremizm_qarshi_kurashning_asosij_jonalishlari.pdf.
  5. Цыганов В. Медиа-терроризм: терроризм и средства массовой информации. https://www.studmed.ru/view/cyganov-v-media-terrorizm-terrorizm-i-sredstva-massovoy-informacii_d398538de83.html
  6. Борьба с религиозным экстремизмом – опыт Узбекистана. https://stanradar.com/news/full/28635-borba-s-religioznym-ekstremizmom-opyt-uzbekistana.html?page=4
  7. Ташкентская международная конференция вқсокого уровная по афганистану “Мирный процесс, сотрудничество в сфере безопасности и региональное взаимодействие”. 5 марта 2018. https://mfa.uz/ru/press/statements/2018/03/14123/
  8. Information on more than 180,000 Terrorist Attacks. https://www.start.umd.edu/gtd/

 

 

Улашинг: